г. Барнаул, ул. Матросова, 12. Тел.: (3852) 77-77-64, 77-33-04.

Экспонаты

Музей «Мир времени» поистине уникален. В его архиве более 10 000 экспонатов самых разных исторических периодов. Здесь вы найдете информацию о хорошо известных навевающих ностальгию предметах из прошлого и с удивлением узнаете множество новых сведений и фактов.

Прежде чем попасть на витрину или запасник, каждый экспонат выписал замысловатую траекторию во времени и пространстве. В данном разделе представлено более 400 предметов. Узнать об экспонате подробнее, и даже подержать его в руках вы можете во время увлекательной экскурсии.

Полный список экспонатов.

Л.Чарская, "Записки институтки". Российская империя, 1905 год. Повесть посвящена жизни воспитанниц Павловского института благородных девиц. Книги Лидии Чарской любили гимназисты и студенты, а тогдашние критики ругали за однообразие сюжетов, чрезмерную сентиментальность и языковые штампы. Корней Чуковский называл Чарскую "гением пошлости". Чуковский писал: "Я увидел, что истерика у Чарской ежедневная, регулярная, «от трёх до семи с половиною». Не истерика, а скорее гимнастика. Она так набила руку на этих обмороках, корчах, конвульсиях, что изготовляет их целыми партиями (словно папиросы набивает); судорога — ее ремесло, надрыв — ее постоянная профессия, и один и тот же «ужас» она аккуратно фабрикует десятки и сотни раз". После революции о Чарской забыли, но в последние годы ее повести вновь печатаются и находят своего читателя.
Стеклянные "рамки" для фотографий. Российская империя, начало ХХ века. Простая и изящная конструкция.
Стальная шкатулка. Япония, 1903 год. Холодная штамповка. Судя по гравировке на крышке, шкатулка приобретена на 5-й национальной промышленной выставке в Токио. Подобные сувениры наглядно свидетельствовали о технологическом рывке Страны Восходящего Солнца. Через два года крошечная Япония бросит вызов необъятной Российской империи и поставит заслон русской экспансии в Китае. С далекой островной империей придется считаться не только старым колониальным державам, - забеспокоятся и самые дальновидные американские политики и военные.
"Азбука для начального чтения". Издание Гребенщиковской Старообрядческой Общины в Риге. Латвия, 1938 год. Русские старообрядцы появились в Риге еще в конце XVII века. В петровскую эпоху Прибалтика была присоединена к России, и хранители "древлего благочестия" вновь почувствовали железную хватку "неправедной власти". Но рижская община росла и в 1833 году стала называться Гребенщиковской — в честь главного "спонсора", митавского купца Гребенщикова. В XIX веке гребенщиковцы сильно страдали от притеснений российской власти. Невзгоды закончились лишь в 70-е годы позапрошлого века, а в 1905 году в Российской империи был принят закон о веротерпимости. После революции 1917 года Латвия получила независимость. К тому времени Гребенщиковская община была крупнейшей в Древлеправославной поморской церкви. Духовная литература, издававшаяся в рижской типографии К.М.Кузьмина, в 20-е и 30-е годы тайно переправлялась в СССР. Это было связано со смертельным риском. Но перед войной Латвия вновь потеряла независимость, и все частные типографии были закрыты. Старообрядческую "Азбуку" нам подарила Галина Викторовна Кузнецова - известный психолог, специалист по интуитивной диагностике, заместитель директора Алтайского краевого отделения Детского фонда, член женского общественного совета при губернаторе Алтайского края.
Бутыли-"холявы". СССР, 60-е годы ХХ века. Изготовлены на Акутихинском стекольном заводе им. В.И.Ленина (Алтайский край, Быстроистокский район). Это была "левая" продукция, - акутихинские стеклодувы делали бутыли для собственных нужд, а начальство смотрело на это сквозь пальцы. В бутылях мочили бруснику, заводили бражку и домашнее вино. "Холявами" они назывались по сходству со старинным способом изготовления оконного стекла: мастер-стеклодув делал пузырь, вытягивал ("вымахивал") на два-три метра, остужал, разрезал алмазом по всей длине, снова разогревал и раскатывал в листы.
Механическая машинка для чистки ножей. Британская Империя, 90-е годы XIX века. Этот агрегат придумал в 1870 году английский изобретатель Джордж Кент. В барабане, сделанном из вяза, вращается жесткая щетка, закрепленная между двумя деревянными дисками. Через латунный желоб в барабан подсыпается абразивный порошок. В 1882 году лондонская компания "Кроуден и Гаррод", выпускавшая малярные кисти, выкупила у Кента патент и наладила производство машинок. Кухонные ножи того времени быстро темнели и требовали постоянной чистки. Самая популярная модель позволяла чистить сразу два ножа, но были варианты с тремя, с четырьмя и даже с пятью пазами. Стоили эти устройства от 30 до 70 шиллингов. До появления ножей из нержавеющей стали такие машинки пользовались устойчивым спросом.
Стеклянная салатница. СССР, начало 40-х годов ХХ века. Изготовлена на Акутихинском стекольном заводе. Завод существует с 1911 года, но в начале нынешнего века производство полностью остановлено. Корреспондент барнаульской телекомпании "Город" Татьяна Гладкова нашла эту салатницу в сгоревшем заводоуправлении и подарила нашему музею.
Самодельная дюралевая ложка. СССР, 1943 год. Этот экспонат нам подарил бывший авиамеханик Михаил Федорович Чехвазов. Он выточил ложку из сбитого немецкого истребителя "Мe-109F", точнее - из полки лонжерона. Кстати: первые в мире алюминиевые ложки появились в 1856 году, когда парижский ювелир Шарль Рамбе изготовил дюжину столовых приборов из алюминия по заказу французского императора Наполеона III. В качестве бонуса император получил и алюминиевую погремушку для новорожденного принца Евгения. В то время алюминия производили мало, и этот металл ценился выше золота.
"Стихотворения графини Растопчиной", 3-й том. Издательство Ф.А.Брокгауза, Лейпциг, 1860 год. В 30-е годы позапрошлого века стихи Евдокии Растопчиной были в большой моде. Хорошенькая женщина, проживающая в довольстве и роскоши, она писала с наивным эгоизмом: "В слезах ли, в радости ль собою занята, я знаю лишь себя". Ее героини наслаждались светской жизнью, а если горевали, то исключительно от неразделенной любви. Сборники Растопчиной выходили один за другим, Пушкин, Лермонтов и Жуковский ободряли ее лестными и немного снисходительными отзывами. Поэтесса прожила недолго, но успела почувствовать, что ее эпоха ушла безвозвратно. Превосходно изданный трехтомник вышел из печати два года спустя после безвременной кончины графини. Весь третий том занял "Дневник девушки" - роман в стихах. Некоторое представление об этом произведении могут дать названия глав: ""Поэзия в гостиной", "Новое знакомство", "Пробуждение сердца", "Она любит", "Недоуменья", "Ревность", "То горе, то радость", "Отсутствие", "Воспоминанья", "Переписка", "Вступленье в свет", "Светские искушенья", "Сватовство", "Возврат Владимира", "Отреченье", "Отчаяние", "И она тоже". Тогдашние читатели встретили "Дневник..." с холодным недоумением. Любовные терзания великосветской барышни, награжденной поэтическим даром, никого не взволновали, - в моде были нигилизм и бичевание общественных пороков.
Пивные бутылки, стальная кронен-пробка и палочка сургуча. Российская Империя, конец ХIХ - начало ХХ века. У этих четырех экспонатов есть одно общее: все они сделаны "Товариществом братьев Н. и А. Мамонтовых". Купеческий род Мамонтовых стал известен с 40-х годов позапрошлого века, когда винный откупщик Николай Мамонтов перебрался из провинции в Москву. Винные откупа - это выкупленный у казны сбор налогов с питейных заведений. Именитое московское купечество такую коммерцию не очень уважало, но купец третьей гильдии Николай Федорович Мамонтов завоевал доверие своими деловыми качествами. Вскоре после переезда он открыл на Сыромятнической улице фабрику сургуча, лаков и красок. Затем Мамонтов прикупил пивной завод на Пресне. В 1853 году Н.Ф.Мамонтов стал купцом первой гильдии и потомственным почетным гражданином Москвы. Через год он передал фабрику и завод своим сыновьям - Александру и Николаю. В 1858 году братья организовали паевое «Товарищество бр. Н. и А. Мамонтовых». Но больше прославился Иван Мамонтов - брат Николая Федоровича. Он переехал в старую столицу позже и занялся строительством железных дорог. Свое дело он передал четвертому сыну - Савве Мамонтову. Савва Иванович размахнулся слишком широко и в 1900 году прогорел на невыплаченных кредитах. Еще будучи в силе, он оставил светлый след в истории русской культуры: в его поместье Абрамцево жили и работали Тургенев, Крамской, Репин, Серов, Коровин, Врубель, Станиславский, Шаляпин, Ермолова и другие. Савва Мамонтов был одним из организаторов Московской частной русской оперы, председателем Дельвиговского железнодорожного училища в Москве, пожизненным почетным попечителем Костромского промышленного училища, учредителем Музея изящных искусств, инициатором издания журнала «Мир искусства» и газеты либерального направления «Россия».


Яндекс.Метрика